Особняк семьи Вороновых сиял огнями, словно огромный океанский лайнер, пришвартованный посреди заснеженного подмосковного леса. Сквозь высокие, в пол, окна виднелись силуэты гостей, мелькание официантов и отблески тяжелых хрустальных люстр. Снаружи падал мягкий пушистый снег, укрывая все белым одеялом, но внутри воздух был наэлектризован так, что, казалось, достаточно одной искры, чтобы все взлетело на воздух. Алиса стояла перед огромным зеркалом в холле второго этажа, нервно теребя край своего темно-синего платья...

Звук застегивающейся молнии на чемодане в тишине спальни прозвучал как выстрел. Резкий, визжащий, окончательный. Елена стояла в дверном проеме, сжимая в руках кухонное полотенце так сильно, что костяшки пальцев побелели. Ей казалось, что если она отпустит эту грубую вафельную ткань, то упадет на пол и рассыплется на тысячи мелких кусков. В духовке догорал шарлотка — любимый пирог Дениса, запах корицы и печеных яблок, который раньше ассоциировался с уютом, теперь вызывал тошноту. Денис не смотрел на нее...