— Спасибо. Теперь я знаю, что мне делать. Голос Алисы прозвучал так неожиданно, так чуждо всей этой насквозь пропитанной слезами и чайной горечью атмосфере, что Олег замер с заварником в руке, а Галина Петровна, уже поднесшая к губам бокал с золотым ободком, на секунду застыла, будто превратившись в соляной столб. Слово «спасибо», произнесенное в ответ на пощечину, на унижение, на многолетнюю молчаливую войну, которую она вела против этой девушки, прозвучало как пощечина, только уже в обратную сторону...