Ира стояла на площадке с чемоданом. Когда я подхватила его, чтобы занести в прихожую, он оказался таким лёгким, будто внутри лежала одна ночная рубашка. – Верочка, я только на ночь, – сказала она и не посмотрела мне в глаза. – Со Стасом опять поругались. Не могу сейчас в Конаково возвращаться. Было без двадцати десять, четверг, середина сентября. Я только пришла со смены в областной больнице, ноги гудели, на плите остывала гречка. Олег вышел из комнаты, обнял сестру и сразу забрал у меня чемодан, словно я могла его уронить...