«Ты — воровка. Триста тысяч. Где деньги, Лена? Признавайся при матери, или свадьбы не будет». Олег стоял посреди кухни в трусах и носках. Лицо красное, вены на шее, в руке — банковская выписка, измятая, как будто он её душил минут десять, прежде чем войти. За его спиной — мама. Галина Викторовна. В розовой блузке, с поджатыми губами и таким выражением лица, будто она присяжный на показательном процессе. А я сидела за столом. Чистила мандарины. Декабрь же, скоро Новый год. Через два месяца у нас должна была быть свадьба...