— Надень, не позорься. Твои джинсы в обтяжку для города хороши, а здесь люди делом заняты. Мне в лицо полетел комок серой ткани. Я машинально поймала его. Это был халат — старый, байковый, с въевшимся запахом сырости и, кажется, мышиного помета. На локте зияла дыра, зашитая черными нитками через край. — Валентина Захаровна, я в своем останусь, — я положила эту ветошь на край скамейки. — У меня спортивный костюм с собой. Свекровь поджала губы. Она стояла на крыльце своей дачи: руки в боки, взгляд сканирующий, ищущий изъян...