Полина открыла глаза от того, что кто-то настойчиво тряс её за плечо. Перед глазами всё плыло. После кесарева сечения прошло трое суток, но организм всё ещё был ватным, чужим. Она с трудом сфокусировала взгляд и увидела склонённое лицо свекрови...

— Я всё решил. Лера ждёт ребёнка, ей нужен покой. — И поэтому съехать должна я? — А кто? Не она же! Вадим остановился посреди кухни. Смотрел свысока, уверенно. Плечи расправил, словно начальник на планерке. До этого он минут десять молча слонялся по квартире, заглядывал в шкафы, проверял полки, будто проводил инвентаризацию. Полина бросила влажную губку в раковину. Сполоснула пальцы под струей воды. Сразу отвечать не стала. Новость обрушилась тяжело, но истерики не случилось. Скорее, пришло глухое, вязкое понимание — вот оно к чему всё шло последние полгода...