Утро в четверг началось с запаха хлорки и гречневой каши из столовой на первом этаже. Александра Морозова стояла у раковины в ординаторской, держала под струёй воды руки и считала. Не секунды. Пациентов. Восемнадцать коек в терапии, четырнадцать заняты. Двое на выписку. Трое новых поступлений с ночи, которых она ещё не видела. Она выключила воду, вытерла руки бумажным полотенцем и посмотрела на своё отражение в зеркале над раковиной. Тридцать восемь лет. Круги под глазами залегли так глубоко, что даже выходные уже не помогали...