Мне всегда казалось, что запах нашего подъезда — это запах моей жизни. Вечная смесь варёной капусты, старых ковров и дешёвого порошка. Я возвращалась с работы, поднималась по ступенькам, слушала, как где‑то за стеной плачет чужой ребёнок, и думала: я застряла. Как в этой бетонной клетке, так и в собственных буднях. Утром — бухгалтерия, серые папки, затёртая клавиатура, однообразное жужжание принтера. Вечером — дом, по кругу: ужин, таблетки для мамы, упрёки Сергея. Маршрутка между этими двумя точками была моим единственным окном в мир...