— Ленусик, ставь чайник! Мы уже проехали пост, через сорок минут будем у тебя! — Ира даже не говорила, а визжала от восторга. — Сюрпри-и-из! Я застыла. В одной руке у меня был надкушенный мандарин, в другой — пульт. На экране Женя Лукашин в сотый раз летел в Ленинград. В квартире пахло хвоей и тем особенным, звенящим спокойствием, которое бывает только раз в году. — Ира? — я почувствовала, как вместо сладкой дольки проглотила ледяной ком. — В смысле «будем»? Вы же собирались к свекрови? — Ой, да ну её! У неё там тоска зеленая, давление опять, — отмахнулась золовка...