— Мариночка, ты только не волнуйся, — голос свекрови в телефонной трубке был приторно-сладким, тем самым тоном, каким она обычно сообщала неприятные новости, обильно посыпая их сахарной пудрой заботы. — Я тут у тебя порядок навела, пыль протёрла, полы помыла. И, кстати, я твою старую шкатулку разобрала. Ну ту, деревянную, что от бабушки твоей осталась. Там столько всякого хлама лежало, представляешь? Я всё привела в божеский вид. Я стояла в ординаторской городской поликлиники номер семь, прижимая телефон к уху окоченевшими от постоянного мытья рук пальцами...