Папка ударила его в грудь. Глеб Воронов разжал пальцы — листы веером посыпались на пол, к самым ботинкам Артёма. — И постарайся не делать вид, что это недоразумение. В комнате стало тихо. Так тихо, как бывает только там, где минуту назад был шум. Двое молодых врачей у окна перестали переговариваться. Анестезиолог Капустин замер с пластиковым стаканчиком кофе у губ — не донёс и не отнял. Где-то в коридоре скрипнула каталка и тут же остановилась, будто тоже прислушалась. Артём не нагнулся за бумагами...