— Ну что, старина, опять мимо миски промахнулся? Степан Ильич присел на корточки и подвинул жестяную миску ближе к собачьему носу. Буран ткнулся в неё мордой, шумно вздохнул и принялся есть. Хвост благодарно качнулся из стороны в сторону. — Вот так. Всё на месте, никуда не делось. Старик погладил пса по широкому лбу. Шерсть у Бурана поседела вокруг глаз, а сами глаза затянуло мутной голубоватой плёнкой. Ещё весной Степан списывал всё на возраст. Думал, пёс обленился и стал неуклюжим. Буран спотыкался о порог, задевал боком поленницу, не сразу находил дверь...