— Мам, ну ты что, мне чужая? Триста тысяч! Не миллион же прошу! Валентина Петровна сняла турку с плиты и разлила кофе по двум чашкам. Синие, с золотым ободком, из того самого сервиза, который доставала только по праздникам. Ирине подвинула ту, что без скола. — Сахар клади сама. Я тебе не официантка. — Ты слышала, что я сказала? — Слышала. Не дам. Ирина положила ложку обратно в сахарницу. Так и не размешала. — Вот так, значит. Просто «не дам». Без объяснений. — А тебе объяснения нужны или деньги? — Валентина Петровна села напротив и подула на кофе...