Егерь вытащил из-за пазухи моток суровой, прочной бечёвки. Он плотно, виток за витком, примотал мох к плечу, перетягивая рану с такой силой, что, казалось, сейчас хрустнут кости. Кровотечение было остановлено самым варварским, самым жёстким, но единственно верным в этих нечеловеческих условиях способом. — Всё, жить будешь, если до утра не замёрзнешь, — старик поднялся на ноги и брезгливо вытер окровавленные руки о свои штаны. — Вставай. Лёха попытался опереться на здоровую руку. Земля под ним покачнулась и поплыла куда-то в сторону...