Москва, конец октября, и этот день с самого утра не задался — небо затянуло тяжёлой, свинцовой пеленой, из которой с рассвета сыпалась мелкая, противная морось, превращающая асфальт в скользкую серую жижу, а воздух — в студенистую массу, пропитанную запахом мокрых листьев, выхлопных газов и старой, давно не ремонтированной канализации. Район, в который приехал Аркадий Петрович Верещагин, значился в документах как «перспективная площадка под комплексную реконструкцию», и эти три слова, набранные казённым...