В гостиной, залитой мягким светом праздничной люстры, стол ломился от угощений — и в этой уютной картине вдруг проступила зловещая трещина. Аркадий Семёнович, не скрывая довольной усмешки, подцепил ещё одну щедрую ложку салата, будто смаковал не еду, а собственную правоту. — Да я ему твердил: не лезь ты в эти раскаты, без знающего проводника там только мотор загубишь, — бросил он, словно подбрасывал в тишину искру. — А Костя у нас, сам знаешь, упрямый, чужие слова мимо ушей пропускает. Ну что, отошёл...