Борис Савельев велел протереть дверцу чёрного седана сразу после того, как пожилая женщина отняла от неё руку. Она ещё стояла рядом, сжимая потёртую сумочку, а продавец уже махал через зал помощнику с мойки, будто посетительница оставила после себя грязь. — И ручку не забудь, Данила. Здесь всё-таки машины за несколько миллионов, — сказал он достаточно громко, чтобы услышали люди у кофейного автомата. Лидия Андреевна смотрела не на него, а на салон автомобиля. Она хотела всего лишь открыть дверцу и посидеть за рулём...