В брянских лесах зимой 1942-го деревья трещали от мороза так, что поначалу принимаешь это за выстрелы. В промёрзшей землянке сидел радист перед молчащей рацией. «Север» — маленькая, надёжная, идеальная. Но без тока она была просто куском бесполезного металла. Батареи сели. На дворе война. Немцы в 15 километрах. И единственная ниточка к Большой земле — мертва. Тогда командир достал из вещмешка котелок. Обычный, армейский, только дно какое-то хитрое. Набили снегом, повесили над костром. Через полчаса от него потянулись провода к рации...