Дождь в то утро шёл мелкий, какой-то нерешительный — то начинался, то замирал, будто и сам не знал, нужен он здесь или нет. Дарья стояла у свежего холмика земли, держала зонт, который давно перестала замечать, и думала вовсе не о том, что теперь будет с квартирой, с бумагами, с наследством. Об этом она в ту минуту не думала совсем. Она думала о том, как Анна Викторовна заваривала чай — обязательно в фарфоровом чайнике и говорила: «Дарëна, из пакетика — это не чай, это вода с обидой». Об этом думала...