— Дрянь! — Максим грохнул пустой бутылкой из-под минералки по дубовому столу так, что подпрыгнули тарелки с закусками. Лариса Петровна, сидевшая справа от сына, поджала губы и кивнула, глядя на Диану холодными, как мартовский лед в Оби, глазами. Она не кричала. Она произнесла это слово одновременно с сыном, но шепотом, отчего оно прозвучало еще грязнее. — Именно, — добавила свекровь, поправляя воротник шелковой блузки. — Обыкновенная, неблагодарная дрянь. Мы ей всю душу, а она нам — справки. За столом мгновенно стало тихо...