– Коробку я заберу. Так положено. Свекровь сказала это негромко, через стол, на котором ещё стояли тарелки с недоеденной кутьёй. В «Сирени» уже расходились: папин бывший сменщик застёгивал у гардероба куртку, официантка собирала стаканы из-под компота. А ладонь Антонины Григорьевны лежала на крышке жестяной коробки. Коробку я утром взяла из папиной квартиры. Синяя, из-под индийского чая, со слоном на боку, по углам облезлая до железа. Папа держал в ней что попало: запасные ключи от гаража, значок «Почётный железнодорожник», пуговицы от форменного кителя...