В первые дни января 2026 года российское общество оказалось перед лицом странного и тревожного парадокса: страна, которая годами утверждала своё право на силу, суверенитет и непримиримость, внезапно замолчала. Не в смысле тактической паузы — а в смысле системного отказа власти от диалога с собственным народом. Удары беспилотников по жилым домам в Воронеже, Хорлам атаки на Белгород, захват российских танкеров в Атлантике, ответ «Орешником» по Львовской области — всё это должно было стать поводом для чёткой, внятной, стратегически выверенной коммуникации...