В конце ноября две тысячи двадцать третьего года, около девяти вечера, Людмила Басова открыла дверь на позднем стуке и увидела на пороге соседку Ольгу Соколову, замёрзшую, в наспех наброшенном пуховике. Рядом стоял сын Ольги, Матвей, восьми лет, в куртке поверх пижамы, с мокрыми от волнения глазами и сухими, немытыми несколько дней волосами. За спиной у Ольги маячил муж, Виктор, с сумкой в руках. – Люда, прости, что поздно, – сказала Ольга. – У нас беда. Трубу прорвало в подвале, там где бойлер стоял...