Когда я открыл глаза, первым делом увидел не потолок реанимации и не трубку у себя в руке. Я увидел Веру. Она сидела на жёстком пластиковом стуле у двери, прямо в своей курьерской куртке, только без шарфа. Волосы были собраны кое-как, под глазами — тени, на коленях — мой старый свитер, который она зачем-то принесла из дома. Она спала сидя, уронив голову на стену. А врач, заметив, что я пришёл в себя, тихо сказал: — Вам очень повезло с женой. Ещё двадцать минут — и разговаривали бы мы уже не с вами...