Молния на чемодане разошлась ровно посередине. Я дёрнула собачку назад. Металл скрипнул, ткань натянулась. Внутри лежали зимние куртки Максима, мои свитера и мягкий заяц Сони. Позади, прислонившись плечом к дверному косяку, стоял Павел. Он пил остывший кофе из кружки со сколотым краем. — Кому ты нужна кроме меня? — сказал он ровно, без крика. Так говорят врачи, сообщая неприятный, но неизбежный диагноз. — Тридцать пять лет, двое детей. Один из них — трудный подросток. Ты через месяц приползёшь. Ипотеку сама не вытянешь...