— Посуду за собой мой сама, Верочка. Я тебе в прислуги не нанималась, — Галина Ивановна демонстративно опустила тяжелую чугунную сковороду в раковину, так что та звякнула о кран, и вытерла сухие узловатые пальцы о цветастое кухонное полотенце. — И вообще, сядь. Поговорить надо. По-взрослому. Вера замерла в дверях кухни с кружкой недопитого чая. За окном серый октябрьский вечер сыпал мелкой, колючей крупой на пожелтевшие тополя заводского спального района. Стрелки старых настенных часов в виде ходиков с кукушкой показывали ровно семь...