— Ты опять купила этот дорогой сыр с плесенью? У нас долги за коммуналку, а ты шикуешь? — голос свекрови, Галины Петровны, был пронзительным, как бормашина. Она стояла посреди моей кухни, держа в руках злополучную упаковку камамбера, словно это была граната с выдернутой чекой. — Ира, ты вообще в своем уме? Мой сын пашет на двух работах, света белого не видит, а ты ему на шею присела и ножки свесила! Я замерла с полотенцем в руках. Этот разговор повторялся уже в сотый раз за последние полгода, но каждый раз он бил наотмашь...