Игорь суетливо распахнул входную дверь и забрал из рук матери выцветший пакет с логотипом «Пятёрочки». Тамара Васильевна переступила порог нашей квартиры так, словно каждый шаг причинял ей невыносимую боль. На ней было то самое серое пальто с потертым воротником, которое она носила, кажется, со времен моей первой беременности. Двенадцать лет я наблюдала этот спектакль бедноты. Двенадцать лет в нашем доме разыгрывалась драма о несчастной пенсионерке, выживающей на крохи, пока её родной сын рвал жилы, чтобы обеспечить ей «достойную старость»...