Геннадий Павлович положил на стол три связки ключей. Три покупателя. Три возврата. Первая связка звякнула тяжело, с хрипотцой. Вторая рассыпалась мелким серебристым звоном. Третья шлёпнулась глухо, будто мокрая тряпка. - Мы не продаём эту квартиру. Она сама возвращает покупателей, сказал он и сцепил пальцы на столе. Я записался к нему по наводке знакомого журналиста. Тот опубликовал заметку о странном объекте на Большой Ордынке: квартира в дореволюционном доме, третий этаж, два окна во двор. За четыре года её покупали трижды...