— Хлеба подрежь. И масла достань, сухо идет. Картошка вроде нормальная, а мясо ты пересушила. Жесткое, как подошва. Евгений отодвинул тарелку, всем видом показывая, что делает одолжение, поглощая ужин. Он сидел, широко расставив ноги, в растянутой домашней футболке, на которой уже появилось свежее пятно от соуса. Варвара молча встала, достала из холодильника масленку и нарезала батон. Нож со стуком ударялся о деревянную доску. Этот ритмичный, сухой звук был единственным, что нарушало гудение вытяжки...