Колеса тяжелой каталки противно визжали на каждом повороте, отдавая глухой, ноющей болью в моих собственных суставах. Мне пятьдесят девять лет, и тридцать пять из них я провела на ногах, в белом халате. Но этот вечер казался особенно бесконечным, вытягивающим последние силы. На часах было уже почти девять вечера, хотя моя смена официально закончилась ровно в восемь. В коридорах нашего элитного реабилитационного центра царила полусонная тишина. Свет в раздевалке для персонала уже погас — дежурный...