Антон не любил ночные перегоны, но выбора не было. Груз сдали поздно, а неустойка за опоздание съела бы всю прибыль. Поэтому в три часа ночи он был единственным живым существом на сотню километров пустой, идеально ровной федеральной трассы. Его седан шел мягко. В салоне пахло остывшим кофе и «елочкой». Антон включил дальний свет, выхватывая из темноты разметку, и бросил привычный, короткий взгляд в салонное зеркало заднего вида. Сердце пропустило удар. На заднем сиденье кто-то сидел. Это была темная, неподвижная фигура...