О том, что двадцать лет моей жизни пущены с молотка, я узнала неожиданно. Незнакомый мужчина в светлых, не по погоде тонких замшевых лоферах остановился у куста штамбового крыжовника сорта «Черномор». Он деловито пнул ствол носком туфли, отчего пара недозревших ягод упала на мульчу из сосновой коры. А потом не глядя на меня, спросил, оставим ли мы ему двухсотлитровую синюю бочку для полива. Олег в это время сидел на веранде, уставившись в одну точку. Руки лежали на коленях, спина прямая, лоб блестел от испарины...