Нотариус открыл папку и положил перед Анной бумагу. В ту же секунду она поняла, почему Валентина Григорьевна настаивала на «семейном разговоре» именно в среду, именно в этой конторе на Коломенской. В шапке листа значилось её имя. Ниже, договор дарения. Квартиры на Братиславской, двушки, которую бабушка Лидия Степановна оставила Анне пять лет назад. — Ну вот, Анечка, — голос свекрови был тёплым и плавным, как горячее молоко. — Это просто формальность. Бумажка. Подпишешь и всё. Анна посмотрела на мужа...