В половине второго ночи Вадим замер у кухонного окна и говорил настолько вкрадчивым, приглушённым полушёпотом, что я разобрала слова исключительно благодаря привычке тихо ступать босиком по паркету, когда шла на цыпочках за стаканом воды: — Главное, чтобы жена не узнала раньше времени обо всех этих движениях. Завтра к полудню мы всё до конца официально оформим, а уже вечером я сам ей преподнесу новость в лучшем виде. Я застыла в полутьме коридора за поворотом возле книжного стеллажа, затаив дыхание,...