— Распишись вот тут, где галочка, и не задавай глупых вопросов, — Виталик сунул Лене под нос синюю шариковую ручку с погрызенным колпачком. Лена в этот момент оттирала содой коричневый налет со старой эмалированной раковины. Резиновые перчатки предательски сползали с мокрых пальцев, а за окном хлестал унылый октябрьский дождь, превращая московские дворы в серое овсяное месиво. На календаре красовалось третье октября, отопление в старой панельной девятиэтажке еще толком не раскочегарили, и батареи едва теплились, словно пульс у впавшего в спячку суслика...