Перчатки пахли чужими руками. Валя надевала их каждое лето: сначала морщилась, потом перестала. Резина была толстая, грубоватая, великоватая на полпальца, и между большим и указательным натирала мозоль, которая за зиму сходила, а к середине июля появлялась снова, на том же месте. Валя давно уже не замечала этой мозоли. Перчатки были свекровины, отданные в первое лето за ненадобностью, и с тех пор других Вале никто не предлагал, а сама она не покупала. Незачем. Ведь это ненадолго. Огурцы в этом году взошли густо...