— Тетя Валя, ты должна понять, что судиться со страховой компанией — это абсолютно гиблое дело, они завернули наши документы из-за какой-то дурацкой технической помарки в акте осмотра, — уверенно произнес Максим, вальяжно откидываясь на спинку старого деревянного стула. Валентина Павловна молча смотрела на племянника, чувствуя, как в пояснице привычно разгорается тупая, изнуряющая боль. Ей было пятьдесят шесть лет, тридцать из которых она беззаветно отдала кардиологии в местной городской больнице...