- Ты вообще соображаешь, что натворил, пап? А если бы ты человека сбил? У тебя что, совсем маразм начался? Голос Лизы срывался на визг, от которого звенели стекла в кухонном шкафчике. Она стояла посреди коридора, скрестив руки на груди. На ней был накинут махровый халат, волосы растрепаны после сна, а лицо покрылось красными пятнами от гнева. Валерий Петрович молчал. Он стоял у порога в старых спортивных штанах и выцветшей футболке, машинально потирая левое запястье. В голове гудело. Он только что проснулся от того, что дочь буквально стащила его с кровати криками о разбитой машине...