Ксения вышла из торгового центра с пакетом тетрадей и двумя банками кофе, и первое, что почувствовала, — злость на собственные ноги, которые отказывались идти быстрее. Одиннадцать часов смены, четыре объекта, тридцать метров сварных швов под ультразвуком. Она уже месяц жила так, что не помнила, какого цвета лето. — Ксюша! Ксения Андреевна, ну ты же меня видишь! Из-под козырька к ней шагнула женщина в льняном пиджаке, с планшетом под мышкой и такой улыбкой, будто ей платят за оптимизм. Вера Стрельцова...