Стол в доме Соколовских всегда напоминал поле боя, замаскированное под светский раут. Хрусталь сверкал так ярко, что у Алисы начинали болеть глаза. Людмила Петровна, её свекровь, обожала этот блеск — блеск достатка, статуса и, как она любила подчеркивать, «породы». — Алисочка, дорогая, ну что ты всё молчишь? — Людмила Петровна изящно подцепила вилочкой кусочек омара, глядя на невестку с приторной улыбкой, которая никогда не затрагивала её холодных глаз. — Расскажи нам, как поживает твоё имение? Наследство уже вступило в силу? Мы всё ждем, когда ты пригласишь нас на новоселье в свои… как это...