Катя поняла, что вечер пойдет криво, еще в прихожей, когда Максим снял с нее пальто так бережно, будто играл заботливого мужа для чужих глаз. Дома он давно бросал свое пальто на пуфик, а ее вещи мог спокойно сдвинуть на край, если ему мешали. Квартира его родителей пахла запеченной курицей, укропом и новым освежителем воздуха, которым свекровь, видимо, побрызгала прямо перед их приходом. В коридоре стояли идеально начищенные ботинки отца Максима, возле зеркала лежала расческа с редкими зубьями, а на стене тикали круглые часы с картинкой морского берега...