Утро выдалось морозное, ясное. За ночь земля схватилась коркой, лужи подёрнулись тонким ледком, и воздух звенел от холода, как натянутая струна. Егор поднялся первым, растопил печь, поставил греться чайник. Анна слышала его шаги сквозь дрёму, но не вставала — лежала, уткнувшись лицом в подушку, и прислушивалась. Глава 1 В доме пахло дымом и разогретой глиной. Потом добавился запах хлеба — Егор достал откуда-то полбуханки, завёрнутой в чистую тряпицу. — Кузнечиха вчера ещё принесла, — пояснил он, заметив её взгляд...

Он стоял в дверном проёме амбара, и луна падала на его лицо — чужое, заросшее, со свежим шрамом через бровь. Евдокия не закричала только потому, что узнала эти глаза. Чёрные, отцовские. Глаза её старшего сына, которого она уже три года кормила солью своей печали. И первое, что он сказал, было не «здравствуй». Он сказал: «Если узнают, что я здесь, — меня расстреляют». Глава 1 Они сидели на земляном полу амбара друг против друга. Евдокия не зажигала свечу — луна давала достаточно света, а Егор и вовсе, казалось, привык к темноте, как зверь...