Около шести вечера Вика свернула с трассы на разбитую гравийку к даче Максима и всю дорогу улыбалась сама себе, как девчонка. Утром он написал ей коротко: побуду тут один до воскресенья, не скучай. В багажнике у нее лежали две огромные коробки с садовыми креслами из тика, за которые она отдала почти всю годовую премию, а на пассажирском сиденье ехал бумажный пакет с атласным бантом. Эти кресла Максим присматривал еще в апреле, листал по вечерам сайт и разворачивал к ней экран, а она кивала, не отрываясь от рабочей почты...