— Потерпи, лесной брат, потерпи, не сдавайся, — хрипло, срываясь на тяжелый кашель, шептал старый лесник, спотыкаясь о влажные корни могучих кедров. — Мы дойдем. Обязательно дойдем, только не закрывай глаза, слышишь? Не смей уходить. Осенний лес отвечал ему лишь тревожным шумом ветра, гуляющего в вершинах вековых сосен. Пантелей Кузьмич тяжело дышал, каждый шаг отдавался глухой болью в пояснице, но он упрямо переставлял ноги, утопая в прелой листве. На его широких, опущенных плечах покоилось тяжелое тело огромного серого волка...