Лето 82-го. Будто вчера было. Стою я во дворе нашей хрущевки, смотрю на свой "Москвич-412" — синий, блестящий, только что помытый. Гордость моя и радость, три года копил на него, достал по знакомству. И тут слышу женский голос: — Простите, а вы не подскажете, как капот открывается? Обернулся — и язык к гортани прилип. Стоит передо мной девушка, и такая... Ну что тут скажешь! В светлом ситцевом платье в горошек, загорелая, с косой через плечо, русая. Глаза серые, огромные, а в них — смешинки искрятся...