Собственную тридцатиметровую студию на окраине города Ирина воспринимала как личный орден за выслугу лет. Четыре года без отпусков, вечные подработки, строжайшая экономия на одежде и еде – и вот она, заветная выписка из ЕГРН. Квартира была крошечной, но полностью своей. Ирина с упоением выбирала шторы, сама красила одну из стен в глубокий изумрудный цвет и часами могла сидеть на подоконнике, попивая кофе и глядя на огни ночного города. Ей казалось, что теперь её жизнь наконец-то обрела прочный фундамент...