— Мальчик мой! Сынок!!! Громкий, пронзительный крик разорвал тишину ночной квартиры, заставив Людмилу Степановну резко подскочить на своей кровати. Она, ещё не до конца проснувшись, в темноте запуталась в длинном подоле ночнушки, и бросилась к дивану. Так длилось уже вторые сутки. Оля то ненадолго приходила в себя, выпивая несколько глотков бульона или воды, то снова проваливалась в сон, переходящий в горячечный бред. Но при этом, в редкие моменты ясности, она запрещала Людмиле Степановне вызывать скорую помощь, и та, скрепя сердце, подчинялась...