– Митя, отойди от косяка. Не мешайся. Отец сказал это не оборачиваясь. В руке у него был складной метр – деревянный, жёлтый от старого лака, с медными шарнирами на сгибах. Этим метром он мерил всё на свете полвека. Доски, грядки, картофельные ряды, внуков. У двери стоял Артём. Босиком, вытянувшись, макушкой почти в притолоку. – Сто восемьдесят три, – объявил дед. – В меня пошёл. Он взял карандаш, провёл черту и подписал сверху печатными буквами: «Артём. Мои семьдесят восемь». Мой сын постоял ещё пару секунд и сел на порог...