Мокрый рукав Павлика задрался почти до середины предплечья, обнажая тонкую белую руку в мурашках. Вязаная манжета прошлогодней куртки давно истрепалась и не держала тепло, а хлипкая пластмассовая молния разошлась снизу до середины живота, скрепленная ржавой английской булавкой. На улице хлестал колючий октябрьский дождь вперемешку с ледяной крупкой, асфальт блестел черным зеркалом, а шестилетний мальчик тихо шмыгал носом, переступая с ноги на ногу в тесной прихожей. — Не дергайся, потерпи секунду,...